Ее сиятельство графиня (milij_rizhik) wrote,
Ее сиятельство графиня
milij_rizhik

Categories:

С. Кирилец. Автомобильное наследие Сергея Рахманинова

«Хороший дирижёр должен быть, естественно, и хорошим шофёром. И автомобилисту, и дирижёру необходимы концентрированная воля, напряжённость внимания и постоянное присутствие духа. К этим свойствам дирижёру нужно всего лишь добавить небольшое знание музыки».
С.В. Рахманинов.


Сергей Васильевич Рахманинов (1873–1943) — русский композитор, пианист и дирижёр оставил нам не только великое музыкальное наследие, но также и автомобильное. Биографы Рахманинова относительно мало уделяли внимание увлечению композитора автомобилизмом — об этом стоит рассказать подробнее.


На рубеже ХIХ и ХХ веков автомобили только начали отмерять свои первые вёрсты на улицах Москвы, где их впервые увидел молодой музыкант Сергей Рахманинов. Увлечение некоторых москвичей «самодвигателями» не прошло и мимо Рахманинова, мечтавшего овладеть «искусством» вождения «моторов», не хуже, чем игрой на фортепиано. История не оставила нам точных данных, где и когда Рахманинов выучился управлять автомобилем, но в 10-х годах ХХ века увлечение автомобилизмом Рахманинова переросло в настоящую страсть.

Весной 1912 года Сергей Васильевич Рахманинов заказывает в московском торговом доме «Братья Крыловы и К°» роскошный четырехместный автомобиль германской «выработки» с четырёхместным кузовом спорт-фаэтон (по русской терминологии торпедо) красного цвета и шестицилиндровым мотором мощностью 28 л.с. марки «Лорелей» (Loreley K6A – 10/28 PS). В начале мая 1912 года «Лорелей» прибыл из Москвы в поместье Рахманинова, в село Ивановка Тамбовской губернии. По словам Рахманинова это был подарок его жены Наталии Александровны (1877–1951). Вероятно, ко дню рождения композитора — 20 марта (1 апреля по новому стилю).

11 мая 1912 года Рахманинов в письме к своей племяннице Зое Аркадьевне Прибытковой (1892–1962) радостно сообщает ей об этой новости: «Дорогая моя Зоечка, вот тебе мой адрес: ст. Ржакса Тамбов[о]-Камыш[инской] жел[езной] дор[оги]. Ивановка, С.В. Рахманинов [].

Посылаю свой адрес на тот случай, если ты соберёшься к нам. Кстати: моя жена и мои дети, из собственных средств, только им одним принадлежащим, подарили мне Auto. Приезжай! Буду катать. Всех твоих целую и обнимаю, а тебя особенно крепко и сильно.

Твой С. Р.».

Неизвестно, что именно повлияло на решение Рахманинова приобрести автомобиль «Лорелей» — возможно солидная репутация этих машин в Москве, где они были относительно популярны. На 1 августа 1911 года в Москве было зарегистрировано 23 легковых автомобиля «Лорелей» из общего числа 826 легковых машин, грузовиков и автобусов. Вероятно, сыграли свою роль и спортивные успехи «Лорелей» в России. Русские спортсмены удачно выступали на автомобилях «Лорелей» в различных состязаниях, в том числе и в международных. На машинах этой марки известные автомобилисты Д. Шлихт, А. Новиков, братья Б. и Н. Крыловы отличились в таких престижных соревнованиях, как гонки Москва—Петербург (1907) и Петербург—Москва (1908), а также в пробегах на Приз Императора Николая II по маршруту Петербург—Киев—Москва—Петербург (1910) и Петербург—Севастополь (1911), в гонках Москва—Нижний Новгород (1910) и Москва—Орёл (1911), и в пробеге Москва—Рига (1911). Но скорее всего в выборе машины сыграла решающую роль её «поэтическая» звучная марка — «Лорелей». Сергей Рахманинов, как и многие другие люди, не чуждые искусству, был очарован древней германской сагой о красавице со скалистых берегов Рейна, заманивавшей прекрасным пением на верную гибель гребцов, проходящих мимо кораблей, и написанной немецким поэтом Генрихом Гейне по мотивам этой саги знаменитой поэмы «Лорелея».   


Справка:

В 1865 году немецкий промышленник Рудольф Лей основал в городе Арнштадт (Тюрингия. Германия) машиностроительную фабрику (Rud. Ley Maschinenfabrik). В 1901 году делопроизводство на фирме «Р. Лей» взяли в свои руки его сыновья — Альфред, Гуго, Роберт и Герман. Они производили оборудование для обувной и электротехнической промышленности. В 1905 году на фабрике «Р. Лей» был построен первый автомобиль конструкции Альфреда Лея.

С 1906 года в Арнштадте началось серийное производство маленьких автомобилей с мотором мощностью 6/10 л.с. под маркой «Лорелей» (Loreley). Имя сказочной «рейнской красавицы», созвучное с фамилией фабрикантов, было выбрано для марки автомобилей не случайно — идею связать богатую традициями династию промышленников с древней легендой можно считать оригинальным рекламным решением. На проводившейся в Берлине с 1 по 12 ноября 1906 годa Международной автомобильной выставке автомобиль «Лорелей» был впервые представлен широкой публике.

Фирма «Лей» в своём «Производственном отделении III» концентрировала усилия в основном на автомобилях малого класса, дешёвых и доступных, но со временем мощность их двигателей росла, на машинах «Лорелей» в конце 1907 — начале 1908 года нашли применение 6-цилиндровые моторы — для автомобилей малого класса, очевидно, впервые в мире. Автомобили «Лорелей» были настолько удачны и популярны, что уже в 1910–1911 годах специально для их производства был построен новый завод, на котором было занято 1200 человек рабочих и служащих.


С 1919 года машины фирмы уже назывались просто «Лей» (Ley), c 1925 года завод в Арнштадте начал производство грузовиков, а с 1928 и автобусов, в это же время прекратилось производство легковых автомобилей. Промышленный кризис конца 20-х годов вынудил фирму «Лей», в связи с финансовыми трудностями, полностью передать сбыт автомобилей концерну МАН (MAN), при этом лёгкие грузовики «Лей» дополнили программу тяжёлых грузовых автомобилей фирмы МАН. К 1933 году производство автомобилей в Арнштадте полностью прекратилось, а в 1935 году автомобильная фабрика была продана и переквалифицирована в ремонтные мастерские. На основном заводе «Лей» до 1945 года изготовлялись ещё автомобильные части, станки для обувной промышленности и электротехника. В 1947 году  фирма «Лей» прекратила свое существование.

Московская Фабрика экипажей и кароссери торгового дома «Братья Крыловы и К°», основанная в 1817 году, с 1907 до 1913 года была генеральным представителем фирмы «Р. Лей» в России. С 1908 по 1917 год Крыловы серийно строили различные автомобильные кузова, в том числе и санитарные.

Однако вернёмся к Рахманинову. Покупка автомашины принесла ему безграничную радость — композитор сразу же «окрестил» машину ласковым именем «Лора». Друг Рахманинова, пианист и композитор А.Б. Гольденвейзер (1875–1961) в своих воспоминаниях писал: «У Рахманинова, как и у всех больших людей, были черты детскости. Он любил всякие вещицы типа игрушек: какой-нибудь необыкновенный карандаш, машинку для скрепления бумаги и т. п. Помню, кто-то подарил ему пылесос, он демонстрировал отличные качества этого аппарата всем друзьям и радовался как ребёнок [...].

Рахманинов один из первых частных людей в Москве, не из круга богачей, приобрёл автомобиль и сделался в очень короткий срок виртуозным шофёром».

Несмотря на умение управлять машиной, С.В. Рахманинов нанял на работу опытного шофёра-механика, главным образом для того, чтобы тот следил за техническим состоянием машины и занимался в случае надобности её ремонтом.

Счастливый владелец авто — Рахманинов за рулём своего «Лорелея». Ивановка, 1912 год.


11 мая 1912 года, в тот же день, когда Рахманинов написал З.А. Прибытковой, что у него есть «Ауто», из Ивановки в Москву в дирекцию торгового дома «Бр. Крыловы и К°», ушло ещё одно письмо, в котором Сергей Васильевич подтвердил получение автомобиля, но одновременно и пожаловался, что не все условия договора выполнены:

«Многоуважаемый Николай Петрович. Автомобиль пришёл! Пришли и счета! По поводу последних хочу сказать, что вышлю следуемые с меня деньги немедленно по получении всех тех вещей [чехол, ящик с инструментами и запасное колесо], которые у меня выговорены, оплачены и которые я почему-то не получил вместе с автомобилем, как было обещано. Надеюсь, что Вы не замедлите их доставить мне. Их перечень имеется у Вас в нашем условии. Кроме того, он послан Вам моим шофёром.

С совершенным уважением к Вам С. Рахманинов».

Просторные дороги Тамбовской губернии и идиллия спокойной сельской жизни в Ивановке, как нельзя лучше, располагали к «автомобильным прогулкам», коими летом 1912 года вдохновенно увлёкся Рахманинов. В минуты критических самооценок и недовольства собой, а быть может, и несколько кокетничая с молодой поэтессой Мариэттой Сергеевной Шагинян (1888–1982), с которой он вёл оживлённую переписку, Сергей Васильевич 8 мая 1912 года признавался: «Если через некоторое время решусь совсем бросить сочинять, сделаюсь сельским хозяином, а то может, ещё автомобилистом». Позже, летом 1913 года, Сергей Васильевич писал М.С. Шагинян из Ивановки: «Вот уже два месяца целыми днями работаю. Когда работа делается совсем не по силам, сажусь в автомобиль и лечу вёрст за пятьдесят отсюда, на простор, на большую дорогу. Вдыхаю в себя воздух и благословляю свободу и голубые небеса.  После такой воздушной ванны чувствую себя опять бодрее и крепче».

Поначалу радость от поездок Рахманинова на своей «Лоре» не смогли огорчить даже мелкие неприятности, связанные с нерасторопностью и халатностью торгового дома братьев Крыловых. «Детектив», начавшийся с укатившимся в неизвестном направлении запасным колесом «Степней» и пропавшими вместе с ним чехлом и инструментами, затянулся на несколько месяцев. Об этом свидетельствуют дальнейшие письма Рахманинова Крыловым, требовавшим оплаты за товар, который не был доставлен адресату. 27 июня 1912 года:

«Что касается колеса «Степнэй» (и отправки его), которое уже также поставлено Вами в счёт и которое я также ещё не получил — то и эту уплату я отложу, конечно, до получения. Ещё одна маленькая подробность: бутылка полировки мною получена только вчера 26-го июня, тогда как Вы поставили её в счёт уже 30-го апреля, т. е. товар отправлен Вами почти через 2 месяца после присланного счёта.

С совершенным уважением С. Рахманинов».

Итак, специальное запасное колесо для быстрой замены фирмы «Степней» (Stepney, Рахманинов называл его «Степнэй») пропало. Фирма «Бр. Крыловы и К°» утверждала, что колесо для Рахманинова на станции Ржакса получил их поверенный В.К. Гробоволь.


Справка:

В те времена при проколе шин, что происходило, учитывая усеянные потерянными гвоздями от подков дороги, довольно часто, меняли не колёса, а камеры, или же обод колеса в сборе вместе с шиной. Автомобили «Лорелей» оснащались колёсами без съёмных ободьев, что требовало при проколе много времени и физических усилий — приходилось бортировать покрышки не снимая колеса с машины. Английская фирма Stepney Spare Motor Wheel Ltd. для облегчения этого процесса предлагала временные запасные колёса оригинальной конструкции, наглядно описанной в прилагаемом рекламном объявлении фирмы. В России популярные запасные колёса «Степней» продавал германский филиал фирмы — Stepney Auto Reserve Rad GmbH.

4 июля 1912 года Рахманинов запрашивает Гробоволя:

«Милостивый государь Василий Кузьмич,

Прошу Вас передать моему посланному Якову Савельеву полученные Вами по ошибке отправителя по дубликату Рязанск[о]-Уральск[ой] ж[елезной] д[ороги] от 3 июня за № 27317 принадлежащие мне вещи: части к моему автомобилю: 1) чехол, 2) ящик и 3) колесо «Степнэй».

С. Рахманинов».

На эту просьбу поверенный в недоумении незамедлительно отвечает:

«Милостивый Государь Сергей Васильевич.

Письма для Вас я не получал, а также и повестки на заказное письмо никакой не было, а если будет, то я сейчас же передам Вам.

Ваш покорный слуга В. Гоброволь».

На следующий день, 5 июля, Рахманинов направляет жалобу Крыловым, подтверждая свои претензии перепиской с поверенным, при этом тон его становится несколько раздражительным, что понять можно — Рахманинов узнал, что колесо до Ржаксы доехало, но извещение на него никто не получал:

«Милостивый государь.

При сём два письма: одно моё к нашему бывшему доверенному Гоброволь, на другой стороне его ответ ко мне. Оба эти письма докажут Вам с очевидностью, что ни он, ни я нужных мне частей к автомобилю не получали. Считаю долгом добавить, что моему кучеру сказали, будто бы на станции Ржакса лежат уже около месяца вещи, сходные с этими, и ждут получателя. Насколько этот слух верен, не берусь судить! Знаю только, что получить их мне не удастся, так как не имею на них дубликата. Остается мне ждать эти вещи всё-таки от Вас, и надеюсь, что Вы не заставите меня еще долго их ждать, а то я жду их уже два месяца.

С совершенным уважением С. Рахманинов

Отдельной посылкой посылаю Вам лопнувшую камеру. Очень прошу её возможно скорее починить и прислать мне, наложив на посылку расход по отправке».

Прошла ещё одна неделя в поисках колеса. Наконец, оно найдено, но без должной бумаги его не получить. Детективный сюжет закручивается. 11 июля Рахманинов снова жалуется Крыловым на отсутствие «вещей» и на возникшую новую проблему — мотор его «Лоры», оказывается, «не тянет» — Рахманинов «грешит» на карбюратор:

«Милостивые государи,

Начальник станции Ржакса ждёт от Вас извещения, что лежащие у него вещи с дубликатом на предъявителя могут быть выданы мне. После такого Вашего заявления думаю получить вещи. Кроме того, мною предприняты и другие шаги для получения вещей.

Обращаюсь к Вам ещё со следующей просьбой: я прошу Вас заменить мой карбюратор новым: моя машина медленно развивает скорость и плохо берёт подъёмы — два факта, с которыми помириться не могу и из-за которых и машиной не могу быть удовлетворён. Я пришёл к этому убеждению после двухмесячного испытания машины, когда её вполне узнал и изучил и когда на себя или на шофёра вины за такие дефекты принять не могу.

Свой карбюратор вышлю Вам обратно и убеждён, что и Вы после испытания его убедитесь в справедливости моих слов.

Карбюратор прошу Вас выслать мне новый, системы «Клодэль» и притом возможно скорее. Если Вы не согласитесь на мою просьбу, то прошу Вас и об этом также меня немедленно известить.

С совершенным уважением С. Рахманинов».

Наконец первый акт «детектива» закончился — долгожданное колесо приехало в Ивановку. Правда счета от фирмы «Братья Крыловы и К°» не совсем точные, но не это более всего заботит Рахманинова. Поездки за рулём по дорогам степной России с её необозримыми далями могли бы быть для него лучшим отдыхом, но его машина по прежнему «не тянет». Крыловы клянутся, что 60 вёрст в час для 6-цилиндрового автомобиля «Лорелей» не вопрос, даже обещают прислать механика, но Рахманинов терпелив. 30 июля 1912 года он пишет в Москву Крыловым:

«М[илостивый] г[осударь],

Вчера получил наконец «Степнэй», чехол и ящик. Таким образом, теперь состою Вам должным всего 133 р[убля] 45 [копеек]. Из Ваших счетов вычеркиваю чехол (17 р[ублей]) и коробку починок (5 р[ублей] 90 [копеек]). И то и другое стоит в оплаченном уже мною счёте за автомобиль.

Заказанный Комаровым тавотник мне не нужен. Пока не нужно и мастера, которого Вы собирались прислать. Я просмотрю машину со своим братом и постараюсь обойтись так, если только можно что-либо сделать. Если же машина будет по-прежнему медленно и плохо развивать скорость (главный её недостаток!), то тогда уже обращусь за Вашим мастером. Пусть он мне покажет те 60 вёрст, о которых Вы упоминаете в Вашем последнем письме. Деньги (133 р[убля] 45 к[опеек]) Вам уплатит за меня маг[азин] Гутхейль, который позвонит к Вам по телефону. Вас же прошу тогда кого-нибудь послать за деньгами.

С совершенным уважением С. Рахманинов».

© Kiriletz 2010


Продолжение следует.
Tags: 1900, 1910, автомобили, россия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments